Зачем философия современному человеку?

Международный день философии проводится в третий четверг ноября с 2002 года по регламенту ЮНЕСКО. Смысл праздника заключается в том, чтобы приобщить людей к философскому наследию человечества, открыть сферу обыденного мышления для новых идей. Множество мыслителей утверждали, что суть философии заключается в удивлении. И в самом деле, философия рождается из природного устремления человека интересоваться собой и окружающим миром. Философия переводится как «любовь к мудрости», она учит нас исследовать и искать фундаментальные истины. Философия – это не просто теория, она может стать образом жизни, если применять ее на практике. Так жили многие мыслители, писатели, художники, ученые, создавая великие произведения искусства, делая великие открытия.
В этот день мы попросили некоторых из современных философов ответить на два вопроса:
Как философия может помочь современному человеку?
Что лично в Вашей жизни изменила философия?

Владимир Васильевич Миронов

Доктор философских наук, профессор, член-корреспондент РАН, заведующий кафедрой онтологии и теории познания философского факультета МГУ им. М. В. Ломоносова, декан философского факультета МГУ им. М. В. Ломоносова.

Владимир Васильевич Миронов

Это хороший вопрос и он постоянно задается на протяжении 2500 лет, сколько существует философия. Простым ответом является такой: если философия есть, значит, она нужна. Потому что как только появился человек философствующий, он (по Ясперсу), стал осознавать трагедию, трагедийность своего положения в мире, некоторую несправедливость: с одной стороны есть человек, который размышляет, к чему-то стремится, который в отличие от животного осознает, что земля конечна, жизнь конечна, а с другой стороны - бесконечный космос. Это же трагедия по большому счету, что человек, который многое понимает, понимает одновременно и свою смертность. Это может быть один из первых центральных вопросов. Это вопрос из вечных вопросов, на который человек всегда будет пытаться отвечать.
Ясперс говорил, что философия начинается с детских вопросов. Именно ребенок способен задать философский вопрос. Я раньше к этому относился, как к некой банальной красивой фразе, а потом я понял, что за этим стоит глубокая истина. Почему? Потому что над взрослым человеком довлеет огромное количество культурных стереотипов: ему что-то удобно спросить, что-то неудобно. А вот ребенку все удобно. Он может поставить самый неудобный вопрос и внешне очень простой, но когда вы попытаетесь на него ответить, вы увидите, насколько он сложный. А что такое дети? Это начало цивилизации, начало человечества. Почему говорят, что философия начинается с любознательности. Человек начинает простые вопросы задавать. Если кто-то думает, что философии начинается со сложных вопросов, то это не очень верно. Сложные они возникают, но из простых. Проблема другая - философ должен на сложные вопросы относительно просто ответить. Потому что если мы беседуем о философии в кругу философов, и говорим о критериях этики, морали, мы «договоримся». А вот как это потом объяснить людям? И поэтому люди часто играют, говоря, что философия не понятна. «Философия делает ясным то, что было смутным в мифе», - говорил Гегель или Кант, сейчас могу ошибиться. Т.е. философия, в принципе, должна прояснять. Не «затуманивать» мозги, а прояснять. И человек, который говорит не понятно, по большому счету, не может себя считать философом. Это мое убеждение. Поэтому философия всегда востребована. Кстати, конкурс на наш факультет это показывает: 6-7 человек в самые тяжелые годы…

Рафаэль Санти. Афинская школа («Философия»). 1509 - 1511

Философ – он просыпается в человеке. Окончание факультета не гарантирует, что вы станете философом. Бёме был сапожником, Спиноза – стекольщиком… Образование на философском факультете – это некоторая школа, которая позволяет этой философии проснуться. Но каждый становиться для себя философом сам. Вот он понимает это на определенном этапе, что у него определенный взгляд на мир, совершенно иной, чем у человека, который философией не занимается. Всегда остается непознанное, мы из бытия вырезаем все больший кусочек, стремимся охватить это бытие целиком, но никогда не охватываем – всегда остается непознанное. И здесь философия тоже важна. Есть такой образ: философия в науке представляет собой такие строительные леса. Вроде бы они для здания не нужны, когда здания построены, покрашены Но для того, чтобы сдать здание, строят эти строительные леса, которые позволяют здание довести до конца – другая функция. Поэтому я думаю, что философия всегда останется. С другой стороны есть проблема: философия уподобилась королю Лиру, который роздал детям свои земли, а сам остался ни с чем. Но это не так, от философии отпочковываются дисциплины, и тем сам самым самоопределяется, и очищается сам ее предмет. Поэтому философия – она занимается всеобщим, она занимается бытием. Философия – это метафизика. Это предметы, которые мы может исследовать только с помощью разума. Насколько я своим разумом могу рассуждать о природе и претендовать на истину? Так философия начиналась: не было ни физики, ничего не было, а человек отвечал на вопросы об устройстве мира. У человека всегда есть такая потребность: объяснить.

Юрий Никифорович Солонин

Юрий Никифорович Солонин

Декан факультета философии и политологии СПбГУ, доктор философских наук, профессор, заведующий кафедрой философии культуры и культурологии

Вы знаете, понятие философии — оно может быть также без границ, как и человек в представлении вашего журнала. Поэтому в зависимости от того, какие беды и проблемы человека мучают, какие у него цели, установки или даже, если таковых нет и ему нужно помочь их сформировать, вот философия становится той точкой, или кочкой, на которую человек обязательно становится, сознательно или бессознательно. То есть философия - это высшее искусство формирования мышления, созерцания мира, без чего человек не может обойтись. Он воображает, что от природы наделен мышлением и правильным взглядом на мир, в действительности это не так, а это формируется в результате житейского опыта, каких-то обстоятельств случайного рода. А в зависимости от того, в какой сфере он себя реализует, то и тот тип практической философии оказывается ему полезным. Сугубо теоретическая философия дает ученому ориентировку в научной деятельности. Экзистенциальная философия помогает понять основные типы, формы, способы жизни и проблемы, с которыми человек сталкивается. Человек, который ориентируется на проблемы абстрактной духовной жизни, может тяготеть к неким формам мистической философии, и это оказывается тем духовным и интеллектуальным прибежищем, в котором человек себя находит. То есть в философии человек себя находит в максимальной полноте своей жизни.
Сегодня мы живем во времени без философии. Это мое ощущение: философия существует сама по себе, человек, если иметь в виду особенно русское общество, сам по себе. В критические моменты слышен голос: «Помогите нам, дайте нам определение, скажите нам самое существенное, фундаментальное: Кто мы? Какие цели нашей жизни? Какие наши надежды, ожидания?»
А философия молчит, потому что она оказалась погруженной в свои собственные проблемы, а у нее есть немало профессиональных проблем; как, что устроить, отточить детали, раздвинуть свои собственные границы… И наша философия отучилась отвечать на запросы жизни, и поэтому дни петербургской философии это попытка разрушить вот эту странную берлинскую стену отчуждения, которая отделяет ее от общества. И вот это — самая главная проблема. Философия никогда не дает прямые ответы, она заставляет человека самого думать, как только человек начинает думать, так он находит ответы. А мы покамест вот эту философскую составляющую в нашей культуре презрели, ее нет или она существует сама по себе, как горох, выкатившийся в поле и не дающий плод.
Вы знаете, поскольку я профессионал, буквально погружен в философию, то мне ответить на этот вопрос практически невозможно. Потому что если бы я пришел к ней от занятий физикой, лирикой, поэзией, был бы бухгалтером, банкиром, токарем, слесарем, я бы мог вам ответить. Но поскольку для меня это — и профессия, и жизненный процесс, то я это не могу разделить.
Я морализатор по своему характеру, я думаю, что мне понятней больше, чем моим коллегам, которые лишены возможности осмыслить реальность в ее философских категориях, потому что философские категории — это очень глубокое проникновение в сущность процессов, которые обычно сверкают лишь своим поверхностным блеском, ярким, но, чаще всего, ложным.

Владимир Александрович Конев

Владимир Александрович Конев

Доктор философских наук, профессор, академик АГН, заслуженный деятель науки РФ, заведующий кафедрой философии гуманитарных факультетов СамГУ

Философия не может сделать мир лучше, да его и не надо делать лучше. Надо себя делать лучше. Это можно сделать, а мир изменить нельзя. Он сам изменяется. Но вот в этом изменении философия играет свою роль, когда она создает категориальный язык видения мира и думания. Вот так повлияла филосфия античности и нового времени на европейскую цивилизацию, создав язык рационального мышления об общем, универсальном. И мы имеем тот мир, который получился в результате этого способа мысли. Сейчас этот мир исчерпал свой ресурс. Нужен новый тип рациональности, т.е. новый тип мысли и действия, который может быть контролирован. И тут, конечно, философия, и не только она (например, искусство), может сказать свое слово. Но это дело долгое. Способ мысли не рождается за год-два или десять лет. Требуются усилия поколений. А пока каждый человек должен обустраивать свою жизнь так, чтобы она его устраивала и чтобы она была, как любят сейчас говорить, стабильна.

Шамиль Гимбатович Алиев

Шамиль Гимбатович Алиев

Почетный академик Российской академии космонавтики, советник председателя правительства Дагестана по науке и ВПК, доктор технических наук

В выборе абсолютной ценности. В понимании того, что подлинные радости находятся не во вне нас, а внутри. Для этого необходимо попасть под волшебство классиков науки, культуры, поэзии и искусства. Тогда Вам не навяжут ценности ни улица, ни деньги, ни власти.
Не изменила, а сохранила возможность с абсолютными ценностями идти, становясь дорогой, и дотрагиваться до вечности.
Вот так вот иду я и он
А он незабвенный, который
Со всеми идет, кто идет