понедельник, 8 июля 2013 г.

Как «лепят» наркодилеров

Ни для кого не секрет, что наркотики кому-то «белая смерть», а кому-то и оперативный метод. Заключается он в следующем: если на кого-то позарез нужно возбудить уголовное дело, а повода вроде как и нет, решение вопроса – пакетик с запрещенным веществом. Подкинуть его можно куда угодно и когда угодно: в автомобиль, в офис, в сумки и карманы «жертвы». Метод стопроцентный: человек не знает, что ему уже подложили наркотическую «свинью». Он спокойно живет, работает, радуется жизни. А потом в один прекрасный момент к нему приходят оперативники, находят запрещенные вещества. И оправдаться в этой ситуации, доказать невиновность невозможно. Нашли? Нашли! Остальное никого не интересует.

Этот метод стар, как мир, и пользовались им еще аж в начале прошлого века. А в России сейчас он, судя по разным журналистским публикациям и данным правозащитников, просто «рулит». Наркотики находят через одного. Обычно – когда не удается «нарыть» на человека компромат.
Случаи происходят просто вопиющие! Вот, например, в Новосибирске решили «закрыть» Константина Руднева: ну не понравилось кому-то, что он активно занимается восточными духовными практиками. И не просто занимается: человек харизматичный, образованный, йогой занялся в далеких 1980-х годах, когда о ней в Союзе и не слышали. Разумеется, к нему потоком идут люди, а кому-то он даже разрешает пожить у себя дома.
И однажды происходит следующее: ранним утром, часов так в пять утра, в дом к Рудневу приходят маски-шоу. Зачистка начинается с первого этажа: поднимают всех, кто был в доме, и обыскивают. Сам Руднев спит мирным сном на втором этаже. Человек просыпается от шума, продирает глаза, понимает, что происходит, быстро одевается и идет вниз. Там начинаются расспросы, допросы и прочие оперативные действия. Все это продолжается довольно долго. И вот наступает ключевой момент: у сотрудников правоохранительных органов есть только разрешение на обыск помещения. Рыться по рудневским карманам у них с точки зрения закона права нет. Но тут на помощь приходит административный кодекс, где есть упоминание о личном досмотре.
Досмотр и обыск – вещи разные. Тут все это дело называется досмотром, а на деле без разрешения происходит именно обыск. Руднева просят вывернут карманы. Он спокоен. Не чуя подвоха, выкладывает одно, другое, третье. И некий пакетик. Оперативники его моментально вскрывают, находят в нем вещество серого цвета.
 - Это не мое, - ошарашен Руднев.
Но дело сделано. Через некоторое время приходит заключение эксперта. Что он исследовал, тоже не очень понятно, ведь изымался серый порошок, а эксперт говорит уже о бежевом. А следователь вообще пишет о белом. Зато понятен результат экспертизы: порошок – это героин.
И на свет божий мигом рождается уголовное дело о хранении и приготовлении к распространению наркотиков. Откуда распространение? Почему распространение? – спросите вы.
Объясняю: дело в том, что и Руднева, и всех, кто находился в момент обыска в доме, со всем тщанием проверяли на предмет наличия в крови алкоголя и наркотических веществ. Результат был не просто отрицательным: эксперты качали головами и признавались, что более «чистых» людей пока не встречали. Не пьют, не курят, наркотиками не балуются, и судя по показателям, не баловались никогда. Но и это еще не все: дом Руднева осматривал кинолог со служебной собакой. Никаких наркотиков собака не нашла. Это-то как объяснить? А как объяснить поведение Руднева, который за час, прошедший с начала обыска до досмотра, почему-то не избавился от пакетика в кармане? А ведь выходил в туалет, перемещался по дому. Он что, сам себе враг? Или просто не знал про этот самый пакетик?
Такое вот противоречие. Но ведь нужно как-то подшивать таинственный пакетик к делу? Из логического тупика следствие вышло с помощью рассуждений: если не употребляют, значит, хотели продавать. Кому? Когда? По каким каналам? На эти вопросы правоохранители не потрудились ответить. Да и не задавались такой целью. Может, потому, что ответ-то был очевиден и им известен.
Странные вещи происходили и с протоколами обыска и досмотра. Отсутствовала подпись одного понятого. Вторая рассказывала слезную историю про то, как шла по улице, а тут подошли люди в погонах и попросили помочь, выполнить гражданский долг. В первый раз в жизни!
А вот защитники Руднева, порывшись в архивах, выяснили, что женщина, мягко говоря, слукавила. Потому что в качестве понятой она привлекалась не менее пятнадцати раз (!). Ходила на них, можно сказать, как на работу. И несколько раз в комбинации,  в паре с тем самым вторым свидетелем, подпись которого отсутствовала в протоколе (а фамилия значилась). А схема-то, похоже, отработана, или я ошибаюсь?
Юристы, знающие, как работают оперативники и следователи, предположили самую простую вещь: протоколы подписывались задним числом у одних и тех же лиц. Приносились людям бумаги, они ставили закорючки. А иногда происходила накладка – фамилию понятого уже написали, а найти его для подписи не получилось.

Вот так вот у нас «лепят» наркодилеров. Причем дело, похоже, поставлено на поток. Помните, был такой ветеринар, который не поладил с чиновниками? А через некоторое время его повязали как наркоторговца, объяснив, что он как-то неправильно оформил документы на получение лекарств. Страшно, честно говоря. Зная про такие истории, регулярно проверяю карманы, сумки держу закрытыми, посторонних в дом пускаю с опаской. Что и вам советую. Кто ж знает, где мы наживаем себе врагов? А доказать, что не верблюд, в нашей стране очень трудно. 

понедельник, 24 июня 2013 г.

Чиновник ФСИН, разобравший на металлолом 50 км железной дороги, получил 7 лет условно

В Республике Коми объявлен приговор начальнику объединения исправительных колоний Виктору Стародубцу, который за взятку в миллион рублей незаконно демонтировал на лом 50 км железной дороги.

В августе 2009 года к нему обратился представитель одной компании и предложил приобрести 500 тонн лома черных металлов на сумму 2 млн рублей. Начальник колоний «с целью последующего получения взятки сам организовал незаконный демонтаж железной дороги и последующую сдачу полученного металла в лом». Всего силами заключенных было разобрано 50 км железной дороги.
После чего сотрудник ФСИН заявил, что договор возможен только при 100-процентной предоплате, а также передаче лично ему 1 миллиона рублей. Сделку заключили, предприниматель даже успел вывезти часть лом, а потом пришла проверка.

Были к Стародубцу претензии и со стороны налоговых органов – примерно на 9 миллионов рублей. За все это в совокупности высокопоставленный «охранник» получил 7 лет лишения свободы – условно – и штраф в 200 тысяч рублей. Вот украл бы пиво из ларька – получил бы на всю катушку. А так…

воскресенье, 16 июня 2013 г.

Полицейские переехали лежащую на дороге женщину

В Башкортостане патрульная машина вневедомственной охраны при Отделе МВД по г. Сибай наехала на женщину, лежащую посреди проезжей части. Женщина была пьяна и отделалась переломом ноги.


Ведется служебная проверка, выясняется вина сотрудников вневедомственной охраны. Основной вопрос – могли ли они заменить на неосвещенной улице тихо лежащую женщину. Если виноваты – будут наказаны.

Милонов vs Алексеев: депутат отсудил у гей-активиста судебные издержки


Депутат питерского Закса Виталий Милонов частично взыскал судебные расходы на услуги адвоката с Николая Алексеева, организовавшего гей-парад в российской столице. Защитник скандально известному питерскому депутату понадобился после иска в суд о защите чести и достоинства, поданного против Милонова из гей-активистом.

Однако в соответствии с судебным решением сумма, которую хотел отсудить Милонов, была сокращена с 55 до 10 тысяч рублей.
Суд отказался перенести заседание из-за того, что гей-активист не сможет на нем присутствовать. Вынесенное решение Алексеев намеревается обжаловать в городском суде Санкт-Петербурга.
Гей-активист возмущен тем фактом, что оскорбивший его депутат предъявляет ему финансовые претензии.
Напомним, ранее Милонов потребовал от Алексеева компенсировать судебные издержки по пяти делам о защите чести и достоинства, инициированных гей-активистом.

суббота, 15 июня 2013 г.

Судья, задавивший женщину на «зебре», предстанет перед судом

Завершено расследование дела судьи Верховного суда республики Чувашия Андрея Емельянова, который насмерть сбил женщину на пешеходном переходе. 

ДТП случилось в 2011 году, но лишь через год было получено согласие на возбуждение уголовного дела. При этом судья приводил различные доводы в пользу своей невиновности, пока не был остановлен председателем ВККС, напомнившим судье, что степень вины устанавливает суд, а возбуждать дело в ситуации, когда погибла женщина, надо.
Емельянов подал в отставку с поста судьи, в ближайшее время его дело будет передано в суд. Ему грозит до 5 лет за нарушение ПДД, повлекшее смерь человека по неосторожности.


пятница, 14 июня 2013 г.

На заметку бизнесменам: прибыль – это преступление

Любая прибыль в ближайшем будущем может стать преступлением. Именно с таким заявлением выступили два видных экономиста, профессора известных бизнес-школ Максим Миронов и Андрей Коврижных, анализируя дело «Кировлеса» и Алексея Навального. 

По их мнению, если Следственный комитет и прокуратура убедят Кировский суд в своей правоте, то они получат возможность на основании разницы в ценах покупки и продажи обвинить в хищении абсолютно любого предпринимателя, менеджера и вообще любого участника договорных отношений. И даже не надо никакой политической мотивации.

понедельник, 10 июня 2013 г.

Дело Хейфеца

Заказные дела в современной России стали, к сожалению, обыденностью. Причем, заказной «характер» некоторых судебных процессов порой очевиден до абсурдности. В этом смысле довольно показательным является случай с заместителем директора компании "Промстройинжениринг" Александром Хейфецом.

В 2007 он завязал через своего одноклассника знакомство с председателем правления "Носта-банка" Анаром Ахмедовым, а через год обратился к "Носта-банку" с предложением о покупке акций компании "ТГК-4" на 30 миллионов рублей (Главой банка, по словам Хейфеца, фактически был Ахмедов). По имевшейся у Хейфеца информации в планах "Онэксим-групп" было объявление оферты, после которой акции компании должны были подскочить вдвое. «Носта-банк» на предложение согласился и купил акции на указанную сумму. Сделку провели через компанию "ИстЛайн Капитал", возглавляемую знакомой Хейфеца Валентиной Трусовой.
Однако коммерческий расчет Александра Хейфеца не оправдался. С кем не бывает. Неожиданно для всех акции резко потеряли в цене и "Онэксим-групп" не объявила оферту «ТГК-4», владеющей основным пакетом. Чтобы выйти из положения "ИстЛайн Капитал" выдал «ТГК-4» кредит на сумму 30 миллионов руб. На эти средства компания выкупила у "Носта-банка" акции, к тому моменту уже подешевевшие. Ахмедов заявил, что сделку заключили без его ведома, и собрание совета директоров не проводилось. Поэтому она не легитимна. Кредит выдали на трехмесячный срок, однако "ИстЛайн Капитал" основной долг не возвращал, выплачивая больше года только проценты.
После этого Ахмедов обратился в правоохранительные органы. На суде государственный обвинитель заявил, что преступная группа, руководимая Хейфецом, пыталась увести из "Носта-Банка" 30 миллионов рублей. Оказавшиеся под судом своей вины не признавали, а сам Александр Хейфец, к тому времени находящийся полтора года в следственном изоляторе, говорил о том, что дело «заказное» и просил суд его закрыть. Надо сказать, заявления эти не безосновательны, ибо ряд моментов прямо указывает на «заказной» характер дела, возбужденного в отношении Хейфеца.
Во-первых, уголовное дело по экономическому преступлению непонятно с какой стати возбудил отдел по борьбе с экстремизмом. Во-вторых, основания для возбуждения дела, предусмотренные статьей 24 УПК, отсутствовали. Не было ни состава преступления, ни ущерба. Заявление о возбуждении дела по статье 174.1, отсутствовало, но, несмотря на это, суд принял его к рассмотрению.
В уголовном деле не было даже рапорта следователя об обнаружении в действиях подсудимого признаков преступлений, которые предусматривает 159-я и 174.1-я статьи уголовного кодекса. Далее: не было постановлений следователя о возбуждении в отношении Хейфеца уголовного дела и о соединении в одно производство с ним уголовных дел, возбужденных в отношении Волкова и Трусовой. Этот факт вступает в противоречие с целым рядом положений и требований уголовно-процессуального кодекса. Наряду с этим дело о взыскании задолженности уже поступало на рассмотрение в арбитражный суд, которым сделка признана легитимной. Почему тогда оно рассматривается в рамках уголовного процесса? 
Да и в чем собственно вообще заключался смысл махинации, которую якобы замыслил Хейфец со товарищи не очень ясно. Кредитные деньги "ИстЛайн Капитал" не получал ни наличными, ни через подконтрольные структуры, стало быть между собой обвиняемые эти средства не распределили. Кстати, на этом моменте внимание суда акцентировал и защитник Хейфеца. 
Более того, сторонами было заключено дополнительное соглашение, предусматривающее возврат перечисленных банком сверх необходимой суммы 450 тысяч рублей, что и было впоследствии сделано. Проценты в два миллиона рублей заемщики тоже выплатили. В чем, спрашивается умысел? 
Банком 24 раза подписывались документы, подтверждавшие факт выдачи кредита, а сам кредит продлевался в течении 9 месяцев. В операции участвовало полтора десятка банковских сотрудников, включая самого господина Ахметова, дававшего заведомо ложные показания. Интересно и другое. В самом начале дела Ахмедов заявлял об убытках, а во время судебного разбирательства говорил уже о прибыли. В чем тогда обвинялись подсудимые? В причинении прибыли, что ли? Просто какая-то череда парадоксов! Или череда договоренностей с правоохранителями и судьями?